kytx (kytx) wrote,
kytx
kytx

Россия, которую мы обретаем. Ч. 1.

РОССИЯ, КОТОРУЮ МЫ ОБРЕТАЕМ
или
как пропить империю
Тему для статьи навеяла очередная «имперская» перемога: аэропорт в городе Мурманск (которому от Российской империи достался только кусочек имени) теперь будет называться «Николай II Романов». Фанатов монархии, мобилизовавших для голосования все свои ресурсы, могу только поздравить: название просто великолепно. Но начну всё-таки с другого.
Многие помнят нашумевшее интервью г-на Пескова с хвалебными словами в адрес Российской Империи.  Для тех, кто забыл, или не в курсе, приведу этот кусочек с небольшим запасом, чтобы не терять контекста:
Песков:
- Мы… собираем эти самые кусочки в такой пазл, в мозаику, чтобы получить это самое позитивное будущее. Оно не придет точно легко, но мы знаем, на что нужно ставить, во что нужно инвестировать, вкладывать средства государства, средства бизнеса. И время родителей, что очень важно, для того чтобы это будущее все-таки случилось и к 35-му году наша страна скорее напоминала, я бы так сказал, с точки зрения исторических аналогий скорее Россию конца XIX века.
Корреспондент:
- То есть это наш идеал, мы к этому идем?
Песков:
- Это одно из самых прекрасных времен, со всякими большими социальными катаклизмами, сложностями и всем остальным, но это время, когда уже, что называется, крепостное право отменилось, когда у нас золотой век литературы, когда стремительно растущая экономика, когда рубль сильный, когда мы конкурентоспособны в мире, когда у нас сильная наука, когда есть чем гордиться. Это действительно хороший образ.
http://www.ufa.kp.ru/radio/26533/3550221/?see-also.number=256#see-also

Странноватые, если честно, пассажи.


Я даже не говорю о том, что отмена крепостного права, это не конец 19 века, а середина. Не буду напоминать и о том, как отец-вдохновитель этой реформы сначала зайцем бегал по набережной Мойки, уворачиваясь от пуль, и о том, чем он вообще закончил (вряд ли г-н Песков желает такого будущего своему патрону). О каких больших социальных катаклизмах конца 19-го шла речь? А какая часть русского населения могла по достоинству оценить достижения Золотого века русской литературы?
Я не знаю, что конкретно имелось ввиду под «сильным рублём», и чем «рубль конца» XIX века был сильнее «рубля начала, или середины» того же века. Розничные цены вроде как  понемногу росли, так что для обывателя он становился слабее. Если же г-н пресс-секретарь подразумевал введение золотого обеспечения, то это, наверное, неплохо, но ведь Российская Империя как была, так и осталась страной, бедной капиталами. Витте по этому поводу писал: «Если страна не богата собственными капиталами, а в них настоятельно нуждается и государство, и промышленность, то нет другого выхода из такого положения, как привлечение капиталов из-за границы». На пути привлечения этих капиталов Россия не просто стала крупнейшим должником в мире, но попала в такую ситуацию, что ей, например, иностранные кредиторы прямо диктовали, в каком именно направлении нужно строить стратегические железные дороги.
А чем можно определить конкурентоспособность «стремительно растущей экономики»? Я не утверждаю, что РИ нечем было похвастаться в этом плане, но глобальные проверки (Русско-Японская и Первая Мировая войны) выявили здесь глобальные же проблемы. Никто не спорит, что развитие экономики, это сложнейшая задача, и для поддержки отечественной промышленности царским правительством прилагались серьёзные усилия. Россия, например, пытались вести протекционистскую политику в торговле, и наши «защитные» таможенные пошлины были самыми суровыми среди цивилизованных стран, после САСШ. При этом тогдашний министр финансов С. Ю. Витте не отрицал, что протекционизм приводит к удорожанию товаров и поэтому требует значительных жертв от населения страны. Он признавал, что русская обрабатывающая промышленность «еще не доросла до способности вполне удовлетворять внутреннему спросу». И здесь не поспоришь, ведь Российская Империя покупала за границей на миллионы рублей не только сложные сельскохозяйственные машины, но даже косы, серпы и прочие грабли. При этом населению приходилось «покупать иностранные изделия по ценам, повышенным вследствие пошлин, и почти столько же приплачивать и за изделия внутреннего производства», так как цены на отечественные товары всегда стремились догнать зарубежные. В оправдание этого Витте говорил, что «великие задачи требуют и великих жертв».
Вот о великих жертвах давайте и поговорим. Как мне кажется, в процессе станет понятно, чем именно оказалась близка дореволюционная Россия нашей элите. Поскольку тема серьёзная, я буду стараться каждое своё утверждение подкреплять конкретными цифрами и ссылками на источники.

Итак, если спуститься от пафосных речей к суровым реалиям, то понятно, что жертвы, в данном контексте, подразумевают положительный внешнеторговый баланс: кредиторы должны видеть, что стране есть из чего отдавать долги. Для этого необходимо максимально наращивать экспорт и, при этом, сокращать импорт. Естественно, эта картинка весьма условна, и в импорте есть такие статьи, которые в то время увеличивать было жизненно необходимо. Например, ввоз станков, продукции электротехнической и химической промышленности и т. д., и т. п.
Тем большая нагрузка, соответственно, выпадала на экспорт. При всей одиозности высказывания Вышнеградского («Недоедим, но вывезем»), смысл в нём именно такой: от населения требовались великие жертвы, чтобы страна сохранила конкурентоспособность в строю великих держав. И такие жертвы, без дураков, были. Вот как об «одном из самых прекрасных времён» писал А. Энгельгардт в своих знаменитых «Письмах из деревни»: «Почему русскому мужику должно оставаться только необходимое, чтобы кое-как спасти душу, почему же и ему, как американцу, не есть хоть в праздники ветчину, баранину, яблочные пироги? Нет, оказывается, что русскому мужику достаточно и чёрного ржаного хлеба, да ещё с сивцом, звонцом, костерем и всякой дрянью, которую нельзя отправить к немцу. Да, нашлись молодцы, которым кажется, что русский мужик и ржаного хлеба не стоит, что ему следует питаться картофелем…
…Понимаю, что в несчастные голодные годы можно указывать и на разные суррогаты: на хлеб с кукурузой, с картофелем, пожалуй, даже на корневища пырея и т. п. Но тут не то. Тут все дело к тому, чтобы конкурировать с Америкой, чтобы поддерживать наш кредитный рубль (и дался же им этот рубль). Точно он какое божество, которому и человека в жертву следует приносить. Ради этого хотят кормить мужика вместо хлеба картофелем, завёрнутым в хлеб, да ещё уверяют, что это будет без ущерба народному продовольствию. Пшеница – немцу, рожь – немцу, а своему мужику – картофель. Чёрному хлебу позавидовали!..
…Смертность детей куда больше, чем смертность телят, и если бы у хозяина, имеющего хороший скот, смертность телят была так же велика, как смертность детей у мужика, то хозяйничать было бы невозможно. А мы хотим конкурировать с американцами, когда нашим детям нет белого хлеба даже в соску? Если бы матери питались лучше, если бы наша пшеница, которую ест немец, оставалась дома, то и дети росли бы лучше, и не было бы такой смертности, не свирепствовали бы все эти тифы, скарлатины, дифтериты. Продавая немцу нашу пшеницу, мы продаём кровь нашу, т. е. мужицких детей».

На мой взгляд, если принимать всерьёз слова Пескова о том, что Россия того времени была настолько прекрасна, что её можно даже сейчас брать за образец, то в обрисованной выше ситуации нет ничего даже относительно нормального, а не то, что прекрасного. Я бы даже сказал, что подобные откровения от президентского «ретранслятора» могут неслабо поднапрячь читающего книги человека. Другое дело, если представить, допустим, абстрактный разговор по душам Энгельгардта и Витте; тут, наверное, Сергей Юльевич мог бы привести резоны в пользу поддержки кредитного рубля и связанных с ним народных жертв. Даже таких.
Статистика тоже подтверждает тезис о «великих жертвах»: в целом, вывоз хлебов и прочих продуктов достаточно устойчиво рос. График этой устойчивости, конечно, напоминал кардиограмму лихорадочного больного, но динамика была однозначной. С 1893 по 1913 г. экспорт хлеба практически удвоился (см. А.В. Островский «Зерновое производство Европейской России в конце XIX–начале ХХ в.», стр. 365).
В этом же ряду можно вспомнить и мизерное потребление крестьянами куриных яиц, при феерических успехах в их экспорте. Мало кто знает, что вывоз яиц устойчиво входил в пятёрку-семёрку лидеров среди экспортных статей. В военном 1904-м куриные яйца вообще были на третьем месте, после пшеницы и ячменя, обходя и рожь, и овёс, и лён, и доски, и керосин, и широко распиаренное РКМП-шниками сливочное масло.

А что же элита? Чем ответили на глобальные, я бы даже сказал – цивилизационные вызовы того времени Лучшие Сыны и Дочери России? Первый раз на подобные размышления меня подтолкнула статья С.А. Нефёдова: «О причинах Русской революции». Там есть вот такие строки: «Возьмем… данные за 1907 г. В этом году было вывезено хлеба на 431 млн. руб.; взамен были ввезены высококачественные потребительские товары для высших классов (в основном, для тех же помещиков) на 180 млн. руб. и примерно 140 млн. руб. составили расходы русских за границей – дело в том, что часть русской аристократии практически постоянно жила за границей».
Но подождите, ведь всем известно, что РИ в то время кормила своим хлебом пол-Европы! А тут получается, что никакую Европу Россия не кормила, а через замысловатую цепочку посредников кормила и поила небольшую часть своих граждан, а также обеспечивала их потребности в одежде, украшениях и развлечениях…Но, возможно, это был какой-то аномальный, не показательный год? Давайте проверим.
Я сейчас читаю книгу А.А. Бахтиарова «Брюхо Петербурга».  Возьмём из неё информацию о строительстве Санкт-Петербургского морского канала. Как писал автор, он "представляет из себя грандиознейшее гидротехническое сооружение в Европе". Строился он с 1877 по 1885 год, и стоимость его сооружения составляла 10 млн. рублей («Википедия» с Бахтиаровым не соглашается и утверждает, что 13 млн.). Теперь  смотрим, допустим, на ввоз из-за границы «часового товара» (тем более что мсье Песков знает в этом толк). За указанные годы в стоимостном выражении он составлял почти 40 миллионов рублей! Величие грандиознейшего гидротехнического сооружения Европы явно меркнет на фоне кучки импортных часов, поэтому можно взять более скромную цифру: ввоз за то же время музыкальных инструментов – 13.224.000 рублей. Здесь вроде как паритет. Ну не знаю… На мой взгляд, всё это очень мало походит на «великие жертвы».
Не будем торопиться с выводами и расширим, если можно так сказать, информационное поле. Для этого будем использовать - наиболее удобный для наших целей - первый том справочника «Привоз иностранных товаров в Россию. Свод данных русской статистики внешней торговли» (огромное спасибо сайту library6.com за оцифровку массы интереснейших книг!). К сожалению, второго тома в сети нет, а в других источниках нужные цифры сгруппированы не совсем подходящим способом и не полны. Тем не менее, постараемся обойтись тем, что есть.
Но, прежде чем перейдём к делу, несколько замечаний.

1. Ещё раз возвратимся к странностям интервью г-на Пескова. Мне не совсем понятно: почему он сделал акцент именно на конце XIX века? Чем не угодило начало ХХ-го? На мой взгляд, из некоторых его слов (о тех же катаклизмах), и – далее –из прозрачных отсылок к известным высказываниям Столыпина, можно сделать вывод, что имелся в виду именно конец XIX – начало ХХ веков. Кстати, интервьюер придерживался той же точки зрения и следующие вопросы формулировал именно так. Г-н Песков по этому поводу возражений не высказал, но от дальнейших исторических обобщений решительно уклонялся, ловко переводя разговор на беспилотные автобусы и т. п. Стало быть, как мне кажется, мы имеем полное право рассматривать именно этот временной отрезок, по 1913 год включительно.
2. Хочу предостеречь тех людей, которые не вполне понимают, насколько велика разница между настоящим временем и Россией столетней давности. То, что сейчас выглядит заурядной вещью, типа какой-нибудь (любой) консервы, в те времена было абсолютно недоступной роскошью для подавляющего большинства населения РКМП.
Допустим, современный среднестатистический гражданин РФ, увидев на прилавке шампанское по 1000 рублей, скорее всего, сочтёт его дороговатым. Но вот возьмём, для сравнения, шипучие (шампанские в т. ч.) вина в 1903 году: ввезено 1.200.000 бутылок на 4.089.000 рублей. При этом таможенной пошлины заплачено 2.145.000 рублей. То есть, средняя бутылка шампанского вина уже на таможне (без торговой прибыли) стоила чуть более 5 рублей.
В том же 1903-м году, по результатам обследований крестьянских хозяйств (см. Локоть Т. М. «Бюджетная и податная политика России», стр. 207), их годовые бюджеты составляли около 55 рублей на душу (это примерно, как сейчас совокупный годовой доход средней семьи разделить на число членов). То есть все расходные статьи дореволюционного крестьянина – середняка (питание, одежда, хозяйство и пр.) составляли в сумме 4 рубля 60 копеек в месяц, что эквивалентно одной бутылке шампанского. Желающие могут поразмышлять над такими раскладами.
Но, разумеется, не только о винах речь: люди, которые не могли позволить себе белого хлеба, не ели ни германских фруктов, ни датских овощей. Не пили кофе и какао и не носили импортные одежды. Так было. Современному человеку вообще практически невозможно осознать, какое место занимала растительная пища (в ней - хлеб, а в нём - рожь) в рационе дореволюционного крестьянства. И это не просто слова. После ПМВ за границей было опубликовано медицинское исследование, в котором некто Hansemann, основываясь на вскрытии тел умерших в плену русских солдат, указывал что «кишечник русских солдат отличается большей длиной, которую надо рассматривать не как расовую особенность, а как результат растяжения трудно перевариваемой пищей и, как явление, приближающееся к паталогическому». Можно сравнить с вот такой цитатой: «У детей от потребления большого количества хлеба, картошки, капусты, грибов животы были вздутыми, натянутыми, с посиневшими пупками» (В. А. Бердинских «Крестьянская цивилизация в России», стр. 111).
3. Чтобы не утяжелять и так нашпигованный информацией текст, я не буду постоянно напоминать о том, что речь идёт об импортных товарах, но это нужно постоянно иметь ввиду. Например, никто не спорит, что крестьяне в каких-то объёмах потребляли те же яблоки, но определённо не австрийские. Они тоже рыбачили и охотились, нона их долю не перепадали ввезённые в садках из Германии живые раки, или подстреленная там же дичь и т. д.
4. В приложении я приведу выдержку из списка ввезённых товаров, каждый из которых, по моему мнению, употреблялся не более чем 10 процентами населения РИ. Я не являюсь знатоком дореволюционного быта, но практически уверен, что номенклатуру и объём «элитного» потребления я существенно занизил, поскольку любое сомнение старался трактовать «в минус». Конечно, в моём списке наверняка есть какие-то ошибки (которые не смогут изменить общей картины), и я буду благодарен, если кто-нибудь аргументировано укажет мне на них.

Приступим к делу. В процессе я постараюсь решить две задачи. Во-первых, наглядно показать, во что именно обходилось населению страны даже не содержание элиты, а только обеспечение её «импортных» запросов. Ведь, например, сама по себе стоимость ввезённых в 1910 и 1911 гг. в РИ шкурок кенгуру (2,4 млн. руб.), мало что скажет современному читателю. А вот если сказать, что за постройку примерно в то же время эскадренного миноносца «Новик» (корабля, не имевшего аналогов во флотах других стран, настоящей гордости русского военного судостроения) была назначена цена в 2,2 млн. рублей, то картинка, как мне кажется, немножко прояснится.
Вторая задача: я попытаюсь разобраться, кто и чем жертвовал для развития государства.

  Начнём с глобальной темы: крестьянский вопрос. Как известно, к 1905 году проблемы здесь накопились настолько, что в результате заполыхали помещичьи усадьбы по всей стране. И причина была не только в «великих жертвах», которые взвалил на крестьян Витте ради индустриализации страны. Главную роль здесь играло малоземелье и выкупные платежи, - это уродливое наследие грабительской реформы 1861 года, которую некоторые с восторженным придыханием называют «Освобождением». Собственно говоря, крестьяне уже этим принесли нехилые жертвы, из своих карманов оплачивая перевод помещичьих хозяйств на капиталистические рельсы.  Причём всё это оказалось напрасным, и большую часть мужицких денег поместное дворянство прокутило в парижах и ниццах. Но не будем отвлекаться.
Хотя основная часть крестьянских волнений пришлись на 1905-1906 гг., начались они ещё в 1902 году, когда в марте, в течение 4 дней, в Полтавской губернии было разгромлено 54 усадьбы, затем беспорядки перекинулись в Харьковскую губернию. В результате для их подавления пришлось использовать войска. Появились убитые и раненые. О том, что это были не случайные выступления, а ситуация приобрела критический характер, ясно свидетельствовал, в частности, рост недоимок по окладным сборам. Если в 1871—1875 гг. они составили 4 млн. руб. (10% оклада), то в начале XX века — уже 55 млн. руб. (177% оклада).
Чтобы прикинуть цену вопроса и виртуально свести в ноль гигантские недоимки начала ХХ века, нужно сложить цифры ввоза за четыре года (1898 – 1901) следующих товаров:
1. изделия из золота, серебра и платины– 10.910.000 р.
2. драгоценные камни, янтарь, жемчуг и кораллы – 12.444.000 р.
3. шёлковые изделия – 19.453.000 р.
4. да простят меня за такое кощунство, но в этот раз всё-таки часики – 13.517.000 р.
Ну а пустячные цифры 71-75 гг. аналогичны ввозу портера и пива, правда, начиная годом раньше: с 1870 по 1875 год -  4.185.000 рублей. Увы, пивко у элиты большим спросом не пользовалось. Для сравнения: виноградных вин только в одном 1875-м году было ввезено почти на 16 миллионов рублей.

Теперь цитата из книги Ключарева "Крестьянская нищета и система Витте": «Въ Воронежской губерній выручка отъ продажи хлѣбовъ 10,765,000 руб. На уплату налоговъ изъ этой суммы требуется 62,3 проц. Въ Саратовской губерній выручка отъ продажи хлѣбовъ 10,983,000. Налоги составляютъ 50 проц. Въ Тамбовской губернiи выручка— 11,757,000. На уплату налоговъ пошло 70 проц.»
Данные, насколько я понял из текста, относятся к 1901 или 1902 году. Любая из вышеприведённых цифр с лихвой бьётся импортом в любом из этих годов «фруктов и ягод всяких, орехов, рожков и миндаля». А если вычесть налоги, то и выручка трёх губерний в куче. Причём это именно хлебопроизводящие губернии!

Сменим тему. Сейчас каждому идиоту известно, что коварные большевики присвоили себе все успехи РИ, которые она уже практически достигла. Ну, почти достигла.  Ту же беспризорность,  уже без малого забороли. Цифры за 1913 год нам в помощь: «Сборник стат. сведений о заведениях закрытого призрения детей, в том числе сирот сельского населения», стр.IХ.
«Источниками средств на покрытие расходов по содержанию заведений являлись:
1) «средства городов— 414.896 р.» (в наших раскладах это будут «цветы и листья свежие, засушенные, крашенные; букеты и венки из цветов, листьев и иных частей растений» – 539.272 р. Как говорил Остап Бендер лучшим людям Старгорода по аналогичному поводу: «Дети это цветы жизни!». Пятисоточку, помнится, под это дело отжал);
2) «ассигнования земств—801.524 р.»(в качестве альтернативы предлагаю такой вот чудесный набор: отделанные перья и шкурки с перьями всякие; плюмажи и плюмажные ткани – 644.627 р.; перья и шкурки страусов, марабу, райских птиц и т.п. в сыром виде – 110.238 р. и, скажем, зонтики – 55.175 р.);
3) «различные частные средства: пожертвования, членские взносы, % от капиталов, доходы от предприятий, учреждений, от недвижимого имущества, от устройства концертов, лотерей, различных сборов и т. п., всего 3.926.625 р.» (да, это факт: отечественная благотворительность славилась во всём цивилизованном мире; но специально обученные люди (мездрильщики, скорняки и пр.) были в курсе, что русских филантропов и меценатов не меньше интересуют «шкуры выдровые, выхухольи, опоссума, енотовые и кроличьи крашенные» - 3.916.275 руб.);
4) ну и вишенка на торте: «пособие от казны—174.466 р.» (аналогом вклада государства в это богоугодное дело будут «носовые платки» – 177.507 рублей).
Да-а-а, куда там Дзержинскому до такого размаха!

Теперь рассмотрим условия жизни беднейшего населения города Москвы. В этом нам поможет забавная книжка «Деятельность московской городской думы в 1909-1912 годах». Речь пойдёт о Хитровом рынке. Художественное описание этого замечательного местечка мне, например, знакомо ещё со школы по атмосферному детективу Анатолия Безуглова «Конец Хитрова рынка», ну а для тех, кто не в курсе, пара суконных слов из думской книги:
«Собранные на месте фактические данные и специальное статистическое исследование установили, что ночлежные помещения и коечные квартиры Хитрова рынка являются источником всевозможных заразных болезней, распространяемых затем по всему городу, и притоном для всех преступных элементов».
Далее автор поясняет, почему так не просто было бороться с этим «вопіющимъ зломъ»:
«К сожалению, Хитров рынок имеет также значение рынка труда, так как к нему стекаются все чернорабочие, местные и иногородние, в поисках работы».
Это ж надо – такое совпадение!
Но неприятная случайность не могла остановить Московскую думу, и она предложила забороть Хитровку массовым строительством дешёвого многоквартирного жилья.  Автор (некто И.А. Вернер) по убеждениям, очевидно, был ярым либералом.  Смотрите, как он тревожился, чтобы серьёзные люди о нём невесть чего не подумали:
«В основу этого плана положена мысль, что заботы города об улучшении жилищных условий рабочего населения отнюдь не должны носить благотворительная характера, так как это население страдает не столько от дороговизны квартир, сколько от их неблагоустройства».
«Отнюдь»… Мой ты хороший! Напоминаю: это писал депутат Мосгордумы! Вот как тут не поверить в переселение душ? Автор на этом не успокоился и, для тупых верности, немного развернул тезис:
«При таких условиях городу предстоит восполнить недостаток частной инициативы и принять на себя роль учреждения, которому доступен сравнительно дешевый кредит для обширного общественного начинания, оплата какового кредита может быть всецело возложена на лица, пользующихся этим начинанием».
Я извиняюсь за такой длинный подход к долгожданной цифре, но очень уж яркими показались исторические параллели. Итак, глобальные планы думцев, это – светлое будущее, которое, увы, так будущим и осталось. Но гласные (депутаты т. е.) Московской думы, в ожидании дешёвого кредита, спустя рукава не сидели и занимались чуть менее масштабными проектами. Например, автор с законной гордостью пишет:
«1-му Пресненскому попечительству город выдаёт с 1910 года особое пособие в 2.500 р. в год на развитие его организации дешевых квартир».
В 1910-м году в РИ было ввезено 200 собак из Германии и Австро-Венгрии на общую сумму 5.700 рублей. Стало быть, если измерить пособие в попугаях в кобельках и сучках, то получится где-то 88 штук.
Ну а «общая сумма, расходуемая ежегодно Попечительствами на оказание всех видов помощи неимущему населению [Москвы], превышает 500.000 руб.»
В 1911-м году эту сумму превышал ввоз запчастей для велосипедов, а в 1910-м – масло какао (в словаре Брокгауза эта субстанция названа более звучно: «масло какаовое»).
Победа над бедностью явно была не за горами.

Наверное, ещё вот это москвичам будет интересно: «Воробьёвский парк… составляет нижнюю часть участка в 70 десятин, приобретённого городом еще в 1900 году. Вопрос об устройстве парка на приобретенном участке был разрешен Городскою Думой еще в 1904 году. Стоимость его устройства была определена в 69.000 руб., из коих 15.000 руб. предназначались на работы по приведению в порядок верхнего участка… Сад на верхнем участке был устроен в 1905 году, что же касается нижнего, то на разведение предполагаемого парка у города не было свободных средств, и он оставался неблагоустроенным до 1911 года. В настоящее время в парк проведена дорога, устроены аллеи и дорожки, и приспособлены площадки для народного гулянья. В ближайшем будущем, когда будут укреплены откосы многочисленных оврагов, пересекающих парк, а также осушены пруды, предполагается закончить устройство парка и перекинуть чрез Москву-реку пешеходный  мост, который приблизит к городу прекраснейшее место для общественных прогулок».
  Нижний участок (на который сначала не нашлось средств), это устрицы в 1904-м году. Причём это те самые, знаменитые - немецкие устрицы. А верхний участок – «морские раки, улитки, каракатицы и т. п. свежие, солёные, сушёные, маринованные» тогда же.

Ещё о благоустройстве Москвы: «Театральная площадь, расположенная в центре города, ещё недавно представляла одно из самых унылых и непривлекательных мест столицы… Вместе с соседними Воскресенскою и Охотнорядскою площадями, Театральная площадь представляла какую-то монотонную, угрюмую пустыню, на фоне которой терялись окружающие её величественные здания… В 1911 году со стороны Градоначальника последовало согласие [на переустройство], но с тем, чтобы, в случае требования администрации, площадь была приведена городом в прежний вид. Не взирая на это тяжелое условие, на площади немедленно были разбиты два сквера, окаймлённых гранитными бортами и асфальтовыми тротуарами, посредине сделан широкий проезд для экипажей и трамвайных путей, в скверах разбиты роскошные цветники и реставрирован фонтан... В настоящее время Театральная площадь совершенно преобразилась; она представляет истинное украшение Москвы и надобно думать, что администрация ни при каких условиях не захочет привести её в прежний неблагоустроенный вид. Упорядочение Театральной площади обошлась городу свыше34.000 р.»
С лёгкостью парируем: «Блестки, капсюли и т. п. издѣлія изъ желатины» – 40.000 р. в 1911 г.

  Ну и закончим садово-парковую тему: «Значительные улучшения Сокольников выразились в перепланировке Старого гулянья, устройстве новых газонов и цветников, проведении поливного водопровода, возведении уборной, писсуаров и музыкальных эстрад, обнесении гулянья решёткой. Одновременно с этими работами срыты были, земляные валы при въезде на Сокольничий круг и заменены бульварами, а на площади, вокруг которой обходит петля трамвая, устроен небольшой сквер. На работы по этому переустройству затрачено было 18.000 руб.»
  На выбор в 1912-м году: «зажигательные машинки, заменяющие спички» – 22.646 р., или «краски миниатюрные на фарфоровых и фаянсовых чашечках, блюдцах, в трубочках или в оловянных капсюлях» – 19.121 р.

 Теперь будем разбирать на цитаты вполне комплиментарную по отношению к РИ книгу Н.С. Симонова «Развитие электроэнергетики Российской империи: предыстория ГОЭЛРО», которую я недавно одолел. Сначала речь пойдёт о попытках организации в городах трамвайного движения:
"Самостоятельно городские власти [Ярославля, Курска, Витебска, Севастополя, Орла и Кременчуга] не могли организовать транспортное обслуживание жителей данных городов из-за финансовых ограничений. Величина годового бюджета 40% городов Российской империи составляла до 25 тыс. руб., у 37% — не более 100 тыс. руб. Бюджет, достаточный для организации городского благоустройства, имели не более десятка крупных городов".
Цифры относятся к самому концу XIX века, поэтому мы берём 1900-й: 25 тыс. рублей (точнее 27), это ввоз "раковин въ сыромъ видѣ, кромѣ перламутровыхъ", а 100 тыс. (120) - "усъ китовый". Или такой вариант: "...с 1899 г. ежегодно уплачивается 100 тыс. рублей в вознаграждение за ущерб, причинённый греческому королевству установлением ввозной пошлины на коринку». (Озеров И.Х. "Финансовая реформа в России", стр. 135). То есть, годовой бюджет среднего российского города, это - «извинение» за дискриминацию товара (что-то типа изюма, только подороже), который Греция поставляла на сумму не больше 5 тысяч рублей в год (см. «Приложение», ст. №62). Книга Озерова издана в 1906-м, так что тысяч пятьсот, начиная с 1899-го, выплатили по - любому. Это как же надо было несчастную коринку обидеть?! Похоже, для греков это было оскорбительней, чем на флаг помочиться.

Следующая цитата: "2 февраля 1907 года вступила в эксплуатацию Электрическая Станция Московских городских железных дорог (МГЭС-2) мощностью 6 000 кВт. Современники называли ее «Трамвайной», поскольку она предназначалась для питания постоянным током трамвайных линий. На ее постройку Городская управа израсходовала около 2 100 000 рублей".
Скорее всего трамвайную станцию строили не один год, но мы возьмём только 1907-й: "паштеты; каперцы, оливки, маслины, овощи, фрукты и съѣстн. припасы всяк. на маслѣ, въ уксусѣ или иначе приготовл. (консервы), кромѣ особо поименов.,— въ стекл., глинян., жестян. и др. герметич. закупоренн. сосудахъ" - 2.290.000 руб.

Цитата: "В 1910–1912 гг. на МГЭС-2 дополнительно было установлено 20 паровых котлов и четыре турбогенератора. Общая мощность достигла 21 тыс. кВт, но и ее уже не стало хватать, и 10 июля 1913 г. при Московском городском управлении состоялись торги на постройку второй трамвайной электрической станции сметной стоимостью 5 182 000 рублей (включая выкуп участка земли)".
Вторая московская трамвайная станция, это "кружева и кружевные изделия", которые мы с запасом добьём "шляпами и фуражками" (3.900.000 + 1.700.000).

Цитата: "По состоянию на 1 мая 1907 г., по данным Ревизионной комиссии Управы, общие расходы по устройству петербургского трамвая составили 4.160.622 руб. 62 коп."
Общие питерские расходы, которые, ясное дело, были не один год, это у нас будут "орехи всякие", ввезённые в одном только 1907-м - 4.148.000 руб. Традиционно добавляем недостающее: "корка лимонная, апельсинная и померанцев, въ сухомъ видѣ или въ разсолѣ" - 17 тысяч.

Но хватит пустяков, давайте возьмём суммы посерьёзней: "…В 1902 году Балинский в соавторстве с инженером Е. К. Кнорре и художником Н. Н. Каразиным представил в Московскую городскую Думу проект «сооружения в Москве электрической железной дороги большой скорости внеуличного типа (метрополитена)» и «расширения сети московских конножелезнодорожных линий и переустройства их для электрической тяги». Проект сметной стоимостью 155 млн. руб. заинтересовал иностранных инвесторов (американский банкирский дом «Мэри Вернер»). Благосклонно к нему отнеслась специально учрежденная государственная комиссия. Против этого по разным причинам дружно выступили: Военное ведомство, владельцы московской недвижимости, пайщики трамвайной компании, духовенство и корпорация извозчиков. Рассмотрение проекта состоялось 8 сентября 1902 г. в Большом зале Московской Городской Думы при большом стечении публики. Докладывал Балинский. Общая протяженность линий метрополитена намечалась в 105 км, из них 67 км на 28 эстакадах (в т. ч. над Страстной и Красной площадями) и 16 км в нескольких тоннелях. На линиях предполагалось соорудить 74 надземные и подземные станции, из которых наиболее грандиозным был Центральный вокзал у Кремля. Дума проект отклонила...»
И Думу можно понять! Хотя задача перед государством стояла бы исключительно амбициозная - строительство метро в одной из столиц, но, тем не менее, здесь явно было над чем подумать, ведь деньжищи-то огромные – 155 лимонов! Это как не пить импортных алкогольных напитков с 1902 по 1912 год включительно, а употреблять только позорное отечественное пойло. Точнее, где-то в феврале 1912-го уже можно было бы раскодироваться, но всё равно, куда это годится - такие лишения.  Этим естественным потребностям Лучших Людей России вполне сочувствовало и шло навстречу царское правительство. По оценке дореволюционного исследователя, в России «привозные спиртные напитки (коньяк, ром, арак, ликёры и т. п.) обложены чрезвычайно низко в сравнении с громадным налогом, падающим на спиртные напитки отечественного производства» (Е. Кун. «Развитие нашего таможенного обложения в последние десятилетия», стр. 44). При этом, «народный» чай в РКМП был обложен намного сильнее. Это утверждение верно не только в конкретных «внутренних» цифрах, но и относительно других стран. Тот же автор, сравнивая таможенно-тарифные ставки в России и в «главных европейских странах», САСШ и Финляндии, делает такой вывод: «При рассмотрении этого сопоставления особенно бросается в глаза чрезмерно высокое обложение в России чая, сухих фруктов, сельдей и риса и низкий размер пошлин на спиртные напитки» (стр. 51).

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.


  Оригинал: http://zapravdu.ru/russkij-vopros/441-rossiya-kotoruyu-my-obretaem.html

Tags: РКМП, крестьянство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 42 comments